- Разумеется, нет,- засмеялся антиквар.

- Я бы мог купить коша,- небрежно добавил Атлантида.- Сколько?

- Десять тысяч,- скромно потупившись, сказал Руфус.

Платон прочистил горло.

- Сколько? - повторил голосом судьи, выносящего смертный приговор.

- Десять тысяч,- безмятежно отвечал Руфус. Его кругленькая рожица расплылась в улыбке. Учитывая, что склонный к экстравагантным поступкам хозяин лавки вырастил у себя во рту шестьдесят четыре зуба, обаяние его улыбки удваивалось.

- Ну хорошо,- согласился Атлантида.- Три. Учитывая, что ты мне должен тысячу за тех поддельных идолов с Пелора.

- Десять,- тут же последовал ответ.- А идолов ты купил по собственной инициативе.

Платон поправил несравненный "mamillariablos-sfeldiana" в петлице.

-- Четыре. Идолов я тебе никогда не забуду.

- Десять... А с идолами ты сам ошибся, профессор.- Антиквар гнусно хихикнул.

- Смотрю ты, Руфус, обороняешься упорнее троянцев.

- Так ведь Немертея! - с придыханием произнес лавочник, как будто это слово что-то для него значило.

- Ладно, у меня нет десяти лет, чтобы осаждать твой Илион. Я заплачу десять тысяч.

- Десять тысяч за троянского коня,- сострил Руфус.

- Все-таки ты осел,- Атлантида решил, что, заплатив десять тысяч, он может быть вполне откровенен.- Троянский конь - это тот, которого запихали в Трою, а не наоборот.

4

Из антикварной лавки Атлантида вышел в несколько взвинченном состоянии. Не столько на него подействовала потеря десяти тысяч, сколько появление в сомнительной лавке Руфуса золотой статуэтки, в подлинности которой Платон почти не сомневался. Это тебе не идолы Пелора. Вместо того чтобы вернуться в гостиницу и там с толком рассмотреть дорогое (в самом прямом смысле) приобретение, археолог решил подняться наверх, на крышу здания, где имелся, как помнилось, неплохой ресторан и, главное, вполне приличный компьютерный зал.